Наряд для короля

девочка за книжкой сказокУ меня в детстве была книжка сказок Андерсена. Точнее, она есть и сейчас, но уже потеряла статус моей книжки, а стала просто книжкой, книжкой вообще. Сказки Андерсена очень отличались от сказок других авторов. Они не были похожи на праздничные пироги с вареньем и орехами, от которых несло ненавистной мне ванилью. Они не воспринимались как обычные сказки с их неизменными атрибутами: счастливой встречей, громкой свадьбой и любовью до крышки самого дорогого гроба.

Даже я, в то время маленькая девочка с полным отсутствием начатков филологического образования, поняла, или, скорее, почувствовала их особую наполненность каким-то щемяще-трогательным и в то же время удивительно логически-строгим философским смыслом. Что-то было в них неуловимо близкое к Соломоновым притчам.

Я любила истории с грустным концом, или, по крайней мере, с неоднозначно счастливым. Исполнение не всех желаний главных героев предполагало какую-то творческую свободу самой додумать такой финал сказки, какой виделся мне. А так что за интерес причитать, что все поженились, или что награда нашла своего героя, и дальше уже всё предрешено и расписано на сто счастливых лет вперёд? Время шло, я взрослела и, надеюсь, умнела.

Детские книжки сказок сменили сначала Дюма и Саган, потом Бунин и Чехов, Аксёнов и Булгаков, а сейчас Моэм и Пелевин. Но старик Андерсен много лет не отпускал меня, я долго не могла понять одной из его сказок – сказки о голом короле. Да, ребёнок обнародовал очевидную истину, о которой все вокруг молчали, притворяясь умными и компетентными, а в чём фишка? И что тут сказочного или волшебного? Совершенно странная история, непохожая на сказку.

телевизионные новости с рекламойИ лишь в последние несколько лет я стала замечать подобные ситуации, когда общественное мнение диктует свою незыблемую истину, а я вижу только наготу и пустоту вместо чего-то необычного. Это начинается утром каждого дня, когда я включаю телевизор, и на меня наваливаются новости вперемешку с рекламой. Мне вещают о брюссельском кружеве, золотой парче и искусной ручной работе монахинь, а я вижу за трескотнёй слов и грохотом музыки лишь немытое волосатое тело очередного голого короля.

Почему-то мы боимся признаться, что нам не нравятся или непонятны многие произведения искусства. Хотя, по-моему, это нормально и вполне объяснимо. Картина или повесть – это материальное выражение эмоционального состояния конкретного человека, и оно вполне может быть непонятым или не принятым другими людьми. Этим искусство и отличается от науки, достижения и выводы которой бесспорны и очевидны, и не зависят от оценки их разными людьми.  Конечно, есть классические произведения, в смысле образцовые, созданные по всем правилам и уважившие все каноны, и не понимать их – это действительно признаваться в своей дремучей неучёности и отсталости.

Но ведь есть и другие вещи. Нам их втюхивают как роскошные наряды от кутюр, но опять сквозь вымышленные оборки, складочки и золотые вышивки выглядывает и вопит о себе настоящий облик рекламируемого, или, как сейчас говорят, «распиаренного» продукта. И уже в мнимом шёлке и бархате сквозит не грязное голое тело, всё-таки обшитое кожей, а полусгнивший смердящий скелет с безобразным черепом из-за провалившегося сифилитического носа. И это касается не только картин или книг, а всего, что нас окружает: фильмов, актёров, правителей и политиков.

Кстати, о картинах. Однажды по каналу «Евроньюс» был сюжет о картине Пикассо «Портрет жены». Картину то ли украли, то ли продали на аукционе. Я краем уха прослушала новости, а видеоряд мне воссоздал Вадим в собственной интерпретации:

-  Ты представляешь, тут картину показывали Пикассо, портрет жены художника. Что-то среднее между его «Герникой» и «Чёрными картинами» Гойи.

-  Ой, только не надо про «Гернику»! Я как вспомню, что нас в школе заставляли по ней сочинение писать и восхищаться этими треугольными коровами, у меня сразу нервная почесуха открывается, хотя я тоже против фашизма. А вот Гойя мне нравится, я о нём читала роскошный роман Фейхтвангера…

-  Да дело не в Гойе и даже не в «Гернике». Я просто подумал, что если бы так нарисовал тебя, как Пикассо свою жену, ты бы со мной сразу развелась.

Вадим очень хорошо рисует. Его дед тоже был художником, он не рисовал летающих коров и многоугольных лиц, он создавал обычные картины. Маленький заросший пруд за огородом, жёлтые шапки цветов, небо в розовых облаках, старый железнодорожный мост из красного кирпича. От картин веет добротой и теплом, и кажется, что вот-вот запахнет флоксами или свежепросольными огурцами. Дедушка тоже был пацифистом и любил родину, а главное, людей, для которых писал свои картины. Его творчество не раздули, не приукрасили и не облачили в шифон и тафту, но оно не стало хуже.

Его живопись одета в обычную домотканую холщёвую рубашку, но этокартины современных художников именно тот наряд, который ей подходит. И при взгляде на его картины возникает ностальгическое чувство лёгкой печали по беззаботно проведённому лету в маленьком городке в гостях у бабушки. А не то жуткое недоумение и желание самобичевания, которое рождается из-за непонимания высокой сути знаменитой картины с нелепым чёрным квадратом или зелёными женщинами-трёхглазками, или даже не женщинами, а каким-то рогатым скотом. Всё-таки произведения искусства должны возвышать человека, помогать ему парить над обыденностью, приблизиться к мечте, а не оскорблять его потугами автора демонстрировать собственную гениальность и неповторимость.

Мне вспоминается эпизод из романа Сомерсета Моэма «Театр», когда аристократ Чарлз Темерли показывает великой английской актрисе Джулии Ламберт купленный им набросок Матисса. Джулия играет перед поклонником восхищение мастерством художника, а сама думает об изображённой на рисунке женщине «Толстая корова! И что он нашёл в этом Матиссе?» И, похоже, что влюблённый в образ Джулии снисходительный читатель разделяет её мнение…

Наверное, нет таких творений рук и ума человеческого, которые бы бесспорно нравились абсолютно всем людям, разве что за исключением золотых слитков и монет, да ещё, пожалуй, шуршащих бумажек с портретами американских президентов. Но люди стесняются признаться в том, что им что-то не по душе, они не доверяют собственным органам чувств, а подчиняются довлеющему над ними сформированному официальному мнению.

сказка Андерсена про голого короляОчень показательно то, что у Андерсена именно ребёнок объявил всем взрослым, что у короля нет одежды. Этот ребёнок пока ещё честен перед собой. Он не учился в школе, не писал из-под палки хвалебные сочинения по произведениям русских и советских писателей. Ему не приходилось вынужденно участвовать в коллективных просмотрах каких-нибудь боевиков или триллеров от записных классиков мирового кинематографа.

Иногда так хочется вернуться в своё необразованное детство, стряхнув с себя весь псевдокультурный налёт, и без оглядки на публику называть вещи своими именами: небо голубое, трава зелёная, солнце жёлтое, а вон та картина, репродукция которой висит у соседки в сортире, уродливая и безобразная, независимо от того, был её автор борцом за мир или нет.

Спасибо за то, что решили поделиться записью:


Еще статьи

Вы можете оставить комментарий, или Трекбэк с вашего сайта.

Комментариев к записи: 1

  1. Согласна,что очень многие произведения современного искусства вызывают недоумение. А почему люди молчат?-А потому,что если спросить- почему так неладно нарисовано, то получишь ответ: не обесценивай!

Оставить комментарий

WordPress: 11.32MB | MySQL:76 | 0,173sec